Юбилею района посвящается. Продолжение воспоминаний М. И. Пирхонена.

Юбилею района посвящается. Продолжение воспоминаний М. И. Пирхонена.

В первые месяцы учебы у нас не было хозяйственника или заведующего продовольственным складом. Эта работа выполнялась учеником, который привозил на склад продукты, выдавал каждодневную порцию на кухне, вел учет всему. Стол для хозяйственника был в кабинете заведующего.
В этой должности ученик был несколько месяцев, ему в помощь давали двух учеников. Приходилось хозяйственнику проводить обмен с крестьянами, привозившими в школу масло. Муки нам давали много, а жиров мало, поэтому и приходилось вести обмен. Припоминается один «эпизод» об этом обмене. Раз приехали с соседней деревни старик со старухой обменивать масло на муку. Хозяйственник проверил масло и нашел, что оно очень белое. «Это свежее масло, только сбитое, - говорил старик,- и поэтому оно белое, а по вкусу очень хорошее». Попробуйте «Масло свежее,- сказал хозяйственник, - «но напрасно вы говорите, что оно белое». Масло свежее и не свежее одного цвета. Согласились произвести обмен на следующих условиях: 6 фунтов муки за 1 фунт масла. Хозяйственник сосчитал, что за кадку масла надо отдать 65-ти килограммовый мешок муки. «Вот вам 65 кг муки,- сказал хозяйственник, - снесите мешок на сани». «Вы хотите нас обмануть! - закричала старуха, - нет в этом мешке 65-ти килограммов, я требую честного обмена!». Хозяйственник не прочь был и взвесить, но у нас безмен, на котором можно было взвешивать тяжести до 5 кг. Но старуха не согласилась и пришлось взвешивать муку по пять кг. Против ожидания, в мешке оказалось 70 кг. Хозяйственник взвесил 65 кг, а остаток муки с мешком положил на полку в кладовой. «Ах ты, старая плесень! - с возмущением ругал дед свою старуху.» Сколько потеряли из-за тебя муки! Всё боишься, что тебя обманывают, была бы ты сама честная...». Дед, не переставая браниться, хотя хозяйственник уже закрыл склад и ушел с усмешкой в ведомости вводить приход и расход муки. С северных районов нам привозили оленье мясо. Пригоняли и живых оленей, которых потом кололи на мясо на территории училища. Мясник у нас тоже нашелся из учащихся. Ученик Вертти Истрем, несмотря на свои 16 лет, был настоящим мастером бойни. Он был родом из Лоухи, где занимались оленеводством. В училище нас учили, как сидеть за столом и как есть разные блюда.
Кончилась долгая зима и близилось лето. Светлое и прекрасное карельское лето! Перед началом посевных работ на пришкольном участке у нас начались экзамены. Так как те экзамены многим отличались от современных, то хочется немного рассказать о них. Сейчас держащим экзамен устраивают консультации, к его услугам учебники, и еще дают несколько свободных дней на подготовку. Тогда ничего этого не было. Теперь дают экзаменующимся билеты, из которых они видят, по каким вопросам их будут спрашивать, тогда и билетов не было. Советская школа тогда только начинала свою деятельность. Каждая школа работала, можно сказать, по своей программе. Так проводились и экзамены. В начале июня нам объявили, что учеба окончена, но остается сдать экзамены. На экзамены отвели десять дней. По агрономии проводили экзамены на полях, практически показывали свои умения. Когда объявили об окончании занятий, забрали у нас в тот же день учебники и закрыли в кладовой. Книг в период экзаменов не впадали совсем, каждый должен был показать, что он запомнил в течение года. Дни проводили на полях школы. Поля были довольно обширны и работы хватало всем. Учащиеся возили дрова, навоз, пахали, сеяли яровые культуры, садили картошку и разные овощи. Теперь применялись на практике та теория, которую нам в течение зимы преподавал агроном Пётр Маннинен. Он и теперь был с нами всюду и помогал, где видел, что помощь нужна. Вечера были свободные и каждый ученик самостоятельно готовился к экзаменам, как сумел. Но часто мы собирались вместе и обсуждали, какие нам могут задать вопросы, и как на них надо будет ответить, ведь книжек то не было. Помню, как мы потели, когда готовились сдавать экзамены по географии. Надо было вспомнить части света, низменности и возвышенности, горы и горные вершины, государства, города, реки, озера и т.д. Много надо помнить по географии. Но вот беда, как ни старался я вспомнить реку в Испании, которая протекает через Андалузскую низменность (это я помнил), название же реки забыл, как ни напрягал память, но напрасно... Другие реки Европы все припомнил, но эту не мог. Другие тоже не помнили, но они решили, что не стоит беспокоиться о таком пустяке. «Откуда все ручьи и лужи запомнишь», - утешал Яков Моисеев, - это небольшая река, не стоит о ней беспокоиться. Но я не успокоился, мне так хотелось знать, но не было ни книги, ни карт. Вертти Истрём, молодой, но опытный оленевод, раз пришел ко мне и шепнул: «Мы можем найти учебник географии, тогда ты можешь узнать и реки Испании». «Откуда мы найдём?» - недоумевал я. «Там в углу кладовой лежат старые учебники, может там лежит и география». «Кладовая закрыта на замок и туда нельзя идти»,-говорил я. «Это правда», -говорил Вертти, - кладовая на замке и книжные шкафы на замке, но старые - то книги свалены в углу, и окно одно открывается в кладовой. Вот мы и пороемся в куче старых книг». Так хотелось вспомнить об Испании, что я не мог устоять против искушения, и мы совершили эту «операцию». В куче, действительно, нашёлся старый потрепанный учебник географии, а там было так много про Испанию, что мы вполне успокоились, но не на долго. Теперь началось угрызение совести, что учебник был раздобыт нечестным путем, но с другой стороны думалось в наше оправдание, что нельзя же отбирать учебников от готовившихся к экзаменам. Эта мысль может и не оправдывает поступки, но учителям надо помнить, что обучение надо вести так, чтобы не было ничего такого, чтобы толкало учащихся на нечестные поступки. Мне же от всего этого была та польза, что я посей день помню название этой небольшой реки. Чем труднее даются знания, тем они крепче остаются в памяти.

Продолжение следует...