ИСТОРИЯ ИСЧЕЗНУВШЕЙ ДЕРЕВНИ

ИСТОРИЯ ИСЧЕЗНУВШЕЙ ДЕРЕВНИ
4. Советская жизнь деревни (оконч., нач,. 1-2-3 сентября)
Сантра (моя бабушка) вышла замуж за Михаила Ниэмеля, а ее дочь Мария, будущая моя мать, осталась жить с дедушкой-бабушкой. Здесь она окончила четырехклассную школу на финском языке, а в 15 лет пошла на работу на лесозаготовки. Тогда, в 1936 году, в районе уже вовсю работал леспромхоз и Марию определили на лесопункт Кайнолойнен, который был организован на берегах одноименного озера. Был в Хяме уже и колхоз, где работали деревенские.
Однако, жить деревне оставалось недолго. 22 июня 1941 года грянула война с Германией. Вместе с ней против СССР выступила и наша соседка Финляндия. Финские войска в первой декаде июля перешли границу и с боями стали продвигаться в сторону Ухты.
В один из этих июльских дней жителям Хяме было объявлено властями, что надвигаются финны и в течение дня все срочно должны покинуть деревню и идти на Ухту. Колхозное стадо оленей, а их по словам моей мамы было ни много ни мало, а три сотни голов, находилось на свободном летнем выпасе в окрестных ягельных сосняках. Как она мне говорила, там, вероятно, и осталось. Хотя, например, уроженец деревни Регозеро, наш известный писатель-земляк Павел Леонтьев в своих трудах отмечал, что при эвакуации их деревни колхозных оленей все-таки сумели перегнать в не оккупированную местность на Север.
В Хяме на момент эвакуации были школа, изба-читальня, магазин, конторка колхоза, пограничный пункт с военными, десятка два жилых домов. Народ срочно собрался, ведь это не шутка – война и враг на пороге дома. Колхозных коров и овец, уходящий народ повел с собой. Из магазина все товары утопили в деревенской ламбине. В деревне задержались ликвидаторы: находясь уже вдалеке от деревни люди, оборачиваясь, видели в небесах дым от исчезающих в огне гнездовий. Возродиться Хяме уже не было суждено.
PS. Деревня Хяме исчезла. В огне Великой войны погибло 27 миллионов наших сограждан. Цена Победы была невообразимо велика, но наша страна выстояла перед натиском всей фашистской Европы. Выжившие в эту страшную годину хямячане, на мой взгляд, в абсолютном большинстве вернулись в наш чудесный карельский север, пусть к вновь сооруженным очагам, не прежним, но в край своих отцов. Мои предки - прадед и прабабушка еще до окончания войны упокоились в эвакуации: он – в Кеми, она - в Архангельске. Мама нашла свой новый очаг в 1945 году в новорожденном поселка Кепа, где ею рожден был и я.

Фото: Встреча в бывшей деревне. Уроженки Хяме (на первом плане( Вера Лубневская и Мария Кархунен; чуть поодаль - Тайми Мелляри, Айно Степанова, Хельми Пертунен и аккомпаниатор Вейкко Пяллинен. Фото 2 - девушки хямячанки на малой родине готовят полевой обед, вернувшись сюда спустя 57 лет. Берег той самой деревенской ламбины, рыбацкая изба, срубленная калевальским участником Великой Отечественной войны, кавалером ордена Красной Звезды Николаем Тиландером.1998 год.

Павел Скарбовский, июнь-июль 2025.